Добруджа, земля между водами

Липоване — община старого обряда (староверы). Они отвергли реформу Никона (1654) и осели в Дельте и на Разиме в XVIII веке. Дома и служба — на русском; это липоване — отдельная община, а не географическое прозвище. Сёла — Журиловка, Сарикёй, Мила 23, Периправа — узнают по синим главам и смолёным лодкам. Рыбный борщ — их; Иван Патцайкин, родом из Милы 23, — сын общины.

Украинцы Добруджи — во многом потомки запорожских казаков, осевших в устьях Дуная после роспуска Сечи (1775). Здесь была «Дунайская Сечь» с центром в Dunavățu de Jos. Сегодня живут в Летя, Килии-Веке, Святом Георгии и вокруг Тулчи. Отдельный народ, не ветвь липован и не деревенское прозвище.

Турки осели в Добрудже с османской властью в конце XIV века и остались после 1878 года. Мечети Мангалии, Бабадага и Констанцы, кофейня и стол — баклава, сарайлие, кофе на песке — их. Муфтият в Констанце. Праздники — там, где община их объявляет.

Первые татары пришли в Добруджу в XIII веке с Золотой Ордой; большая волна пришла после Крымской войны (1853–1856), когда десятки тысяч крымских татар покинули полуостров, занятый русскими. Меджидия родилась именно как поселение для этих беженцев. Община хранит крымскотатарский язык, праздники (Курултай, Наврез) и блюда: кешкек, шуберек и джигири до сих пор есть в домах и ресторанах Добруджи.

Моканы, овцеводы из Мэрджинимя Сибиулуй и Сэчеле, переходили Дунай со стадами ещё в XVIII веке по путям отгонного скотоводства, и многие навсегда осели в добруджской степи. После возвращения Добруджи Румынии, в 1878 году, государство наделило землёй тысячи крестьянских семей из всех провинций. Они дали краю сеть румынских сёл, а названия вроде Сэчеле хранят память о родных деревнях.

Арумыны (армэни) — романский народ Балкан: Греция, Албания, Северная Македония. В 1925–1938 многие семьи осели в Добрудже после первой остановки в Квадрилатере: Овидиу, Палазу-Маре, Михаил Когэлничану, Коджалак. Арумынский — язык, не диалект румынского. Речь, хороводы и одежда держатся в семьях, не как зрелище.

У греков 2600 лет непрерывности в Добрудже: колонисты из Милета и Гераклеи основали Истрию, Томис, Каллатис и Аргамум — первые города на территории Румынии. Вторая волна пришла в новое время, когда греческие купцы и судовладельцы держали хлебную торговлю Нижнего Дуная: в Сулине и Констанце работали греческие школы, церкви и консульства. Эллинская община Констанцы до сих пор хранит церковь Метаморфосис (1868) и культурные общества.

Армяне пришли в Добруджу по путям большой восточной торговли ещё в Средние века: в Бабадаге была зажиточная армянская община в османскую эпоху, а в XIX веке центр переместился в Констанцу, где армянская церковь «Святая Мария» действует и сегодня. Торговцы зерном, ювелиры и кофейщики, армяне были среди двигателей торговой жизни портов, а старые семьи входят в культурную элиту города.

Болгары селились в Добрудже главным образом в XIX веке как славные земледельцы и огородники: «болгарские огороды» снабжали овощами все торги края. Крупные общины жили вокруг Бабадага, в Каталои и на юге Добруджи. В 1940 году по Крайовскому договору произошёл обмен населением: большинство болгар румынской Добруджи ушло в Квадрилатер, а румыны оттуда пришли на север. Топонимия и огородные приёмы хранят их память.

Добруджские немцы пришли тремя волнами, между 1841 и 1891 годами, не прямо из Германии, а из немецких колоний Бессарабии и юга России. Они основали или заселили сёла Малкоч, Атмаджа, Чукурова и Коджалак, известные опрятными домами, церквями и образцовым хозяйством. В 1940 году почти вся община — около 15 000 человек — была переселена в Германию по программе «Heim ins Reich». Остались церкви, кладбища и память об образцовом хозяйствовании.

Итальянцы пришли в Добруджу в конце XIX века, главным образом из Фриули, призванные гранитными каменоломнями гор Мэчин. Они осели в селе Гречь у подножия Цуцуяту, где община построила католическую церковь и до сих пор хранит фамилии, рецепты и праздники. Камень, вырезанный итальянскими каменотёсами Мэчина, лёг в мостовые и здания больших городов Румынии, в том числе старого Бухареста.

Еврейская община Добруджи сложилась из двух ветвей: сефарды, пришедшие из османского пространства и говорившие на ладино, ещё при турецкой власти, и ашкеназы, прибывшие после 1878 года из Молдовы и Галиции вместе с ростом портов. Торговцы зерном, банкиры, аптекари и ремесленники, евреи были двигателем хозяйственной жизни Констанцы, Тулчи и Бабадага, где действовали синагоги, школы и общества взаимопомощи. Большая синагога Констанцы (1911) стоит свидетелем и сегодня. Во второй половине XX века большая часть общины эмигрировала в Израиль, но её вклад остаётся частью облика края.

Гагаузы говорят на тюркском языке и исповедуют православие. Происхождение ещё спорно: потомки крещёных огузских и половецких племён или сельджуков, осевших на Балканах в XIII веке вокруг Бабадага, где предание называет султана Иззеддина Кайкауса. Из Добруджи в XIX веке многие семьи ушли в Буджак, где сегодня Гагаузия в Республике Молдова. Оставшиеся сплели жизнь с соседями; сёла у Бабадага хранят следы в именах, обычаях и рецептах. Они не «курьёз» путеводителя.

Рома живут в Добрудже веками. На торгах и в портах были кузнецами, лудильщиками, кирпичниками, носильщиками и музыкантами — ремёсла, не определение. Часть общины — мусульмане и в некоторых сёлах зовут себя Хорахане; жили рядом с турками и татарами в Меджидии, Бабадаге, Констанце. Ярмарочная музыка им многим обязана. Соседи, не «местный колорит».

Мегленорумыны — романский народ к югу от Дуная, из Меглена, ныне на границе Греции и Северной Македонии. Говорят на мегленорумынском, одном из четырёх исторических румынских языков. В 1925–1926 сотни семей пришли в Добруджу; после 1940 собрались в Черне, жудец Тулча. Там ещё говорят по-мегленорумынски. Свадьбы, колядки и блюда Меглена держатся в семьях. Черна — живое село, не музей.

Черкесы (адыге) пришли в Добруджу в 1860-е как мусульманские беженцы с Кавказа, завоёванного Российской империей. Их поселили на севере, особенно Бабадаг–Слава, рядом с липованами и румынами. После 1877–1878 большинство ушло в Анатолию. Община беженцев, не сноска. Топоним Слава Черкезэ остался.